Цветы, стебли и корни музыки: с чего я начинаю сочинять

2026.11.18 Last Updated:2026.11.19
TOPColumnЦветы, стебли и корни музыки: с чего я начинаю сочинять

Когда я создаю новую музыку на основе гагаку, традиционной японской придворной музыки, я думаю о среде, в которой она выросла. Меня привлекают тембры инструментов, но вместе с ними — природное и культурное окружение, идеи и ощущение времени, стоящие за этими звуками. Что возникнет, если начать именно оттуда и дать музыке вырасти? С этим вопросом я и сочиняю.

Чтобы объяснить это чувство, я иногда сравниваю музыку с растением. Тембры, которые достигают нашего слуха, и притягивающий взгляд облик инструментов — его цветы. Музыкальная структура — стебель, а поддерживающая всё это среда — корни.

Корни музыки за её тембрами

Особенный голос духового инструмента hichiriki с двойной тростью и красивая форма губного органа shō. В инструментах гагаку есть красота, которая привлекает и слух, и взгляд. В сравнении с растением это, пожалуй, цветы, которые мы замечаем первыми.

Стебель, поддерживающий цветы, — это структура и форма музыки. А под ним находятся земля, на которой музыка сложилась, и способы чувствовать мир, свойственные жившим там людям: природная и культурная среда, идеи, связь с религией, восприятие времени. Всё это я представляю себе как корни музыки.

Это образ, который помогает мне думать о собственном сочинительстве, а не единая схема для объяснения истории гагаку. Когда я воспринимаю видимые инструменты и слышимые звуки как продолжение их среды, меняются и вопросы, с которыми я подхожу к созданию музыки. Помимо выбора тембра, я начинаю задумываться о том, что могу почерпнуть из той почвы, на которой этот звук вырос.

Заново задуматься о времени в музыке

Возьмём, например, темп. Музыку можно строить, исходя из постоянного темпа или ровного бита. Когда я сочиняю на основе гагаку, мне хочется обдумать уже саму эту исходную установку.

У многих произведений гагаку есть определённая метрическая структура. Но существуют и такие формы, как ranjō: в них нет фиксированного метра, а темп свободно ускоряется и замедляется. Отправной точкой для сочинения мне хочется сделать не только тембры инструментов, но и то, в каком времени существует сама музыка.

Какие цветы вырастут из корней

Поверх барабанов, баса и гитары звучит shō. Встреча разных инструментальных тембров интересна сама по себе. Мне нравится и музыка, в которой красивые цветы собирают вместе, словно в цветочной композиции. Я с удовольствием слушал её на концертах и в записях.

В то же время мне самому хочется попробовать вырастить новую музыку из корней гагаку. Начать с того ощущения времени, которое я испытал при знакомстве с ней, и с мыслей, родившихся из этого опыта. Мне интересно увидеть, какие цветы появятся в результате.

Альбом TOKOYO, где инструменты гагаку соединяются со струнными и фортепиано, — одна из таких моих попыток. Как будет звучать музыка, если вырастить её из японской почвы? Я искал ответ, давая разным инструментам звучать вместе. Записи TOKOYO и других произведений собраны на странице «Слушать музыку Таро Исиды».

Музыка растёт во встречах с другими искусствами

Мне кажется, что и создавать новую музыку, и доносить её до людей трудно. Даже если удаётся придать своей мысли форму, это ещё не означает, что она сама собой найдёт слушателей.

Поэтому для меня важно сотрудничество с людьми из других областей: игр, кино и других визуальных медиа, анимации, литературы. Те, кто создаёт музыку, и те, кто работает с иными средствами выражения, могут делать что-то вместе, интересуясь мыслями друг друга. В таком процессе музыка иногда достигает людей, с которыми прежде не встречалась. Участие в работе над музыкой сериала SHŌGUN тоже многое значило для меня.

С тех пор как я начал сочинять на основе гагаку, появились люди, которые разделяют мои идеи и хотят работать со мной. Я чувствую, что музыка растёт в отношениях с другой музыкой и другими культурами. Размышление о корнях и открытость другим областям для меня связаны.

Растить цветы, которых ещё не видно

Когда пытаешься создать что-то от самых корней, трудности начинаются уже с вопроса о том, что именно ты хочешь сделать. И то, что обретёт форму, не обязательно будет сразу понято. Поэтому мне не хочется судить о ценности такого опыта только по числу прослушиваний или размеру аудитории.

Мне хотелось бы, чтобы существовала культура, которая принимает саму готовность к таким попыткам, даже когда результата ещё не видно. Наверняка есть люди — и в музыке, и за её пределами, — которые всматриваются в то, что лежит у них под ногами, и стремятся создать из этого что-то своё.

Знакомство с гагаку заставило меня задуматься о корнях собственной музыки. Какие цветы в конце концов появятся из того, что я выращиваю, мне пока неизвестно. Эта неизвестность притягивает меня, и я продолжаю сочинять.

Видео по теме, на японском: цветы, стебли и корни музыки и сочинение на основе гагаку.

На эту же тему я написал более раннюю статью на note, на японском.

Источник: о метрической структуре и свободном изменении темпа в гагаку см. раздел «Метр и чувство ритма» в Cultural Digital Library, на японском.